Статьи

Свежие новости

Онлайн казино Вулкан - рай для ..
Привычные любителям азартных игр оффлайн заведения постепенно становятся символом уходящего прошлого ...

Тайский массаж - основные прин ..
Как бы не странно это звучало, но тайский массаж зародился в Индии, а вовсе не в Таиланде.

Детский клуб "Дирижабль"
Команда детского клуба "Дирижабль" уверена - для полноценного развития детей отдых необходим им не м ...

хостинг от .masterhost

Андрей Петров


Петров Андрей Павлович – классический композитор русского музыкального искусства. Он – известный деятель интеллигенции Санкт-Петербурга. Музыка, написанная Андреем столь разнообразна, что частенько создается впечатление, будто ее написали несколько человек.

История школы


Старейшим музыкальным учебным заведением Санкт-Петербурга является известная детская музыкальная школа имени Андрея Петрова. Открытие этого заведения датировано далеким 1925 годом. В то время это была простая детская музыкальная студия

       Категория  Глинка » Дороги Европы

Глинка приезжает в ЕвропуПогода стояла холодная и неприветливая. Летел мокрый весенний снег. Дороги развезло, и грузный возок подвигался вперед медленно и с трудом. Ослабевший за время болезни Глинка уставал от долгой езды и на каждой станции, после очередного перегона, долго отлеживался.
Евгения Андреевна сопровождала путешественников до Смоленска. Дальнейший путь их лежал на Брест-Литовок (где пришлось расстаться с «крепостным человеком» Алексеем Нетоевым, которому отказали в заграничном паспорте), а потом на Варшаву. Еще не доезжая границы, Глинка стал ходить «довольно свободно». Когда же, после красивого городка Калиша, путешественники помчались по гладкому, обсаженному молодыми, в светлой весенней листве деревьями, шоссе, «страдания» Глинки совсем утихли. Тем более, что дождливая погода сменилась майским теплом.
Приветливый и изящный Дрезден на Эльбе, нарядный в барочном кружеве своих дворцов и храмов, оказался первым столичным городом, встретившимся Глинке за границей. После краткого отдыха он обратился за советом к рекомендованному ему доктору Ф.Л. Крейсигу. Тот принял Глинку и назначил курс лечения серными ваннами в Эмсе и Ахене.
Опять потянулись дороги. Вскоре позади остались Лейпциг и Марбург. Когда в гостиницах оказывалось фортепиано, можно было помузицировать к удовольствию случайных попутчиков, организовать исполнение популярных оперных номеров (в особенности хорошо принимали отрывок из первого действия оперы «Волшебный стрелок» Вебера, «немцы в маленьких городках сходились слушать нас», — вспоминал Глинка в «Записках»).
Ненадолго задержавшись в средневековом Майнце, где сохранились еще древнеримские постройки, Глинка и Иванов продолжили путь уже на пароходе по извивам могучего Рейна. Удачно миновав опасные пороги, они проплыли мимо увитых плющом развалин замков Штернберг и Либенштейн на прибрежных холмах, мимо овеянной поэтической славой легендарной скалы Лорелеи, где разбуженное эхо повторяет зов пятнадцать раз; потом из яркой весенней зелени выступили готические шпили и красные крыши Бингена и Боппарта... Высадились они, по—видимому, в Оберлаан-штейне, и «семиверстный путь» до Эмса прошли пешком.
Однако, трехнедельный курс лечения минеральными водами из источников Кренхен и Кес-сельбруннен организм Глинки, по его мнению, только «расслабил». Путешественники перебрались в Ахен, и поначалу лечение там принесло значительную пользу. (В этом городке они с Ивановым дважды побывали на представлениях «Фиделио» Бетховена, а также «Волшебного стрелка» Вебера и «Фауста» Шпора.) Но вскоре и здесь Глинка почувствовал себя хуже.
Он несколько поправил состояние своего здоровья, воротившись в Эмс (благодаря советам доктора А.Е. Берса, в будущем отца С.А. Толстой). Там заканчивал курс лечения и друг Глинки Е.П. Штерич. В дальнейшую дорогу путешественники отправились уже с ним и его матерью, Серафимой Ивановной. Осмотрев Франкфурт-на-Майне и знаменитую статую «Ариадна» Ф. Даннекера в музее Бетмана, они в дилижансе достигли Базеля. Отсюда пролегал путь в Швейцарию и Италию.
Направляясь в Женеву и далее на Милан, через Золотурн и Берн, Глинка и Штеричи «в чудную погоду» восхищались прелестными видами. Дилижанс неспешно двигался мимо скал, нависших над пропастями, по извилистой дороге, то скрывавшейся в сумраке тоннелей, то заливаемой солнцем. На недоступных вершинах сверкал снег, дымчатые тени облаков легко скользили по елям на склонах гор, куда эхо относило мелодичный зов почтового рожка. Наиболее опасную часть пути кондуктор просил пассажиров пройти пешком. (Интересно, что ни германские, ни швейцарские впечатления, о которых Глинка восхищенно упоминает в «Записках», совершенно не нашли отклика в его творчестве.)
На Симплонском перевале, в сыром сумраке, моросил холодный дождь. Путешественники кутались в пледы и шарфы. По размякшей дороге начался медленный спуск в Валь-ди-Верде — Зеленую долину. Австрийские таможенники открыли перед каретой шлагбаум на границе в Изелле. Впереди расстилалась Италия!
Повеял теплый ветер, и рассеялся мрачный туман. Сентябрьское солнце озарило цветущую равнину. Остановка в Бавено, старинном городке у берега голубого Лаго Маджоре «с величественным видом» на Борромейские острова. На следующий день - Милан, главный город Ломбардии и один из крупнейших музыкальных центров Италии.
Уставшие от долгого пути Глинка, Иванов и Штеричи вышли из кареты у дверей гостиницы «Альберго дель Поццо» на виа Торино, в центре города. (Этот второразрядный дом для приезжих уцелел вплоть до начала XX века.) За поворотом улицы, на площади, окаймленной древними палаццо и торговыми рядами, виден был беломраморный, стрельчатый, огромный и величавый собор — Дуомо. «Вид этого великолепного... храма и самого города, прозрачность неба, черноокие миланки с их вуалями (mantillas, уцелевшими остатками испанского владычества) приводили меня в неописанный восторг», — много лет спустя вспоминал композитор.
Длинная узкая улица вела от собора к массивному зданию знаменитого оперного театра «Ла Скала». И уже с самого приезда Глинка знал, что на этой сцене, а также в театре «Каркано», в операх известнейших композиторов будут петь лучшие итальянские певцы: Дж. Паста, Дж. Гризи, Дж. Б. Рубини, Ф.Галло и многие другие.
Не теряя времени, Глинка начал музыкальные занятия. Уроки композиции он стал брать у Ф.Базили, скучноватого директора Миланской консерватории (но вскоре от них отказался), а как преподавателя пения Глинке «отрекомендовали» Элиодоро Бьянки, пожилого певца «важной наружности», помнившего о своих прошлых сценических успехах и недолюбливавшего Рубини.
Нетерпеливо ожидавшееся открытие сезона в обоих миланских оперных театрах состоялось в один и тот же день — 26 декабря 1830 года. Помпезной зале «Ла Скала» Глинка, Штерич и Иванов предпочли в тот вечер скромный театр «Каркано». Роль Анны Болейн (на первом представлении новой оперы Г. Доницетти) прославленная Дж. Паста, по мнению Глинки, «выполнила отлично». Исполнение в целом показалось ему, смотревшему спектакль из ложи русского посланника графа Воронцова-Дашкова на авансцене, откуда от него ничто не ускользало, «чем—то волшебным», и он «утопал в восторге». За «Семирамидой» Россини и «Ромео и Джульеттой» Дзингарелли явилась долгожданная «Сомнамбула» Винченцо Беллини. В тот день, несмотря на царившее в городе карнавальное веселье, в ложах и креслах многие утирали слезы, а Глинка и Штерич от умиления проливали их целые потоки. Вскоре друзья услышали в «Ла Скала» оперу «Капулетти и Монтекки» того же автора.
Темы из этих опер в ближайшие годы Глинка положил в основу нескольких своих сочинений, фортепианных и камерных: Блестящие вариации для фортепиано... на тему из «Анны Болейн» Г. Доницетти, Блестящее рондо и вариации на темы из оперы «Капулетти и Монтекки» В. Беллини, «Блестящий дивертисмент для пианофорте, двух скрипок, альта, виолончели и контрабаса на несколько мотивов из «Сомнамбулы» В. Беллини, наконец, Серенаду на тему из оперы «Анна Болейн» Г. Доницетти для фортепиано, арфы, фагота, валторны, альта, виолончели или контрабаса (все эти сочинения в 1831-1833 годах напечатал известный итальянский издатель Дж. Рикорди).