Статьи

Свежие новости

Онлайн казино Вулкан - рай для ..
Привычные любителям азартных игр оффлайн заведения постепенно становятся символом уходящего прошлого ...

Тайский массаж - основные прин ..
Как бы не странно это звучало, но тайский массаж зародился в Индии, а вовсе не в Таиланде.

Детский клуб "Дирижабль"
Команда детского клуба "Дирижабль" уверена - для полноценного развития детей отдых необходим им не м ...

хостинг от .masterhost

Андрей Петров


Петров Андрей Павлович – классический композитор русского музыкального искусства. Он – известный деятель интеллигенции Санкт-Петербурга. Музыка, написанная Андреем столь разнообразна, что частенько создается впечатление, будто ее написали несколько человек.

История школы


Старейшим музыкальным учебным заведением Санкт-Петербурга является известная детская музыкальная школа имени Андрея Петрова. Открытие этого заведения датировано далеким 1925 годом. В то время это была простая детская музыкальная студия

       Категория  Глинка » Украина

Глинка в УкраинеЗанятия Глинки в Капелле пошли, между тем, так успешно, что он решился впервые «попробовать» себя в церковной музыке, сочинив «Херувимскую», но, по его признанию, «без успеха»; зато трудную двуххорную фугу Сарти хористы «произвели» удачно, к большому удовлетворению Глинки.
По свидетельству композитора, мысль сочинить оперу на сюжет «Руслана и Людмилы» подал ему «известный комик», то есть автор комедий кн. A.A. Шаховской. Во всяком случае, эта мысль в душу Глинки запала. Позднее, встретившись с Пушкиным у Жуковского, он прислушался к тому, что говорил поэт о своем желании многое в этой юношеской поэме переделать. Заинтересовавшись тем, что именно Пушкин думал в ней изменить, Глинка решил (это явствует из его слов в «Записках»), не откладывая дела надолго, побеседовать с самим поэтом, но не успел из-за «преждевременной его кончины». Судя по рассказу композитора, можно предположить, что встреча его с Пушкиным у В.А. Жуковского состоялась в одну из январских суббот, незадолго до 27 января — дня дуэли.
Очень вероятно, что Глинке было известно и желание Пушкина, высказанное на вечере у слепого поэта И.И. Козлова, видеть «оперу лирическую, в которой соединялись бы все чудеса хореографического, балетного и декоративного искусства». (Под хореографическим Пушкин, очевидно, понимал искусство пластического движения исполнителей, а не танца, в современном понимании этого слова.) Притом он назвал «Торжество Вакха» и «Русалку» как свои сочинения, приемлемые для создания такой оперы. Художественные идеи Глинки, несомненно, совпадали с мыслями Пушкина, но указанные поэтом произведения его не привлекали (их позднее музыкально претворил А.С.Даргомыжский). Его воображение было занято «Русланом и Людмилой». Большую часть 1837 года Глинка фактически уже работал над своей второй оперой. Не имея либреттиста, он сам писал план, записывал темы и даже сочинял отдельные номера (например, Каватину Гориславы, текст которой, для пробы, оказавшейся «весьма удовлетворительной», сочинил В.Ф. Ширков).
Осенью Нестор Кукольник подарил ему толстую тетрадь, написав на заглавном листе:
Михаиле Ивановичу Глинке
Благословляя на сотворение
Руслана и Людмилы
посылает
Н.К. 6 ноября
В конце года слухи о том, что композитор пишет «Руслана и Людмилу», так широко распространились по городу, что даже сам Николай I, встретив Глинку за кулисами, стал расспрашивать его о начатой опере.
Оживленный концертный сезон Великим Постом 1838 года привел в Петербург сразу несколько замечательных скрипачей: К. Липиньс-кого, Оле Буля, А. Вьетана. На концертных собраниях у гр. Виельгорских, кн. Н.Б. Голицына, братьев Кукольников (в вечера, когда на табачном дыме можно было «топор повесить») играли Бетховена. В Большом театре шумно рукоплескали балету Т. Лабарра «Восстание в серале», где «военные экзерсиции» поставил балеринам сам император. В концертах пели отрывки из «Жизни за царя», и 23 марта, в концерте в пользу школ женского патриотического общества П.А. Бартенева исполнила арию Людмилы из новой оперы Глинки. В некоторых из концертов участие принимали также сам композитор и его жена. А на торжественном обеде в честь 50-летнего юбилея И.А. Крылова в зале Энгельгардта прозвучал «Польский» Глинки.
Но душу он отводил на театральной сцене и уроках в Театральной школе. И вскоре «поэтическое чувство» возбудила в нем воспитанница Каролина Колковская, на чьих «свежих щеках» при появлении Глинки вспыхивал яркий румянец. На Масленой неделе он сочинил «для милой ученицы» романс «Сомнение» (на стихи Н.В. Кукольника) для контральто, арфы и скрипки. Правда, вряд ли чувство Глинки к К.И. Кол-ковской могло быть действительно глубоким.
В романсе «Сомнение» он создал произведение скорее свободное от преходящих, чисто биографических, параллелей. Печальная выразительность медленно текущей вокальной линии в сумрачном соль миноре, прерываемой тоскливыми вздохами-вопросами, исполненной томления сосредоточенного раздумья и неверия в возможное счастье (даже в последних, как будто подающих надежду словах), повествует уже о чувстве общечеловеческом, о сомнении в любви вообще. (На той же Масленой неделе, поссорившись «по недоразумению» с A.M. Гедеоновым, Глинка порвал с Театральной школой навсегда.)
Кроме того, к весне 1839 года из музыки к «Руслану и Людмиле» были готовы уже, кроме арии Людмилы, каватина Гориславы, романс Рат-мира, Персидский хор, а может быть, и еще какие-нибудь номера. Однако полного либретто в руках Глинки все еще не было (что вызвало ехидное замечание Н. Полевого в письме к А.Н. Вер-стовскому от 10 января: «Опера почти кончена, и текста еще нет. Странный способ писать!»).
Вероятно, именно А.Ф. Львову в марте 1838 года первому пришла в голову мысль командировать Глинку на Украину для набора малолетних певчих в хор Императорской капеллы. Строго говоря, Львов мог бы ограничиться «услугами» только инспектора П.Е. Беликова, не тревожа признанного композитора. Но в глазах директора, да и Николая I Глинка, прежде всего, находился на службе, и распоряжаться им по своему усмотрению они полагали естественным. Возможно также, что играла тут свою роль и завистливая неприязнь Львова, не имевшего ничего против недолгой разлуки со своим знаменитым подчиненным. Соответственный рапорт он подал министру Двора 31 марта, а приказ о командировании подписал император. В тот же день послано было отношение обер-шталмейстеру кн. Долгорукову о снабжении Глинки дорожной коляской и второе — генерал-губернатору Малороссии гр. А.Г. Строганову с предложением содействовать командированным при исполнении «поручений».
Жена и теща композитора уехали на лето в Ревель. 28 апреля, под вечер, «получив соответствующие наставления», Глинка и с ним учитель пения Д.Н. Палагин, певчий Н.И. Шеин, «дядька» Г.П. Саранчин и слуга Яков Нетоев выехали из Петербурга в сторону Пскова. С собой Глинка взял и несколько законченных номеров из «Руслана и Людмилы», и многочисленные черновые эскизы к ней.
От Гатчины до Луги и далее до Новоселья по обе стороны дороги выстроились хвойные и едва зазеленевшие лиственные леса. Погода стояла пасмурная и прохладная. Глинке, которому казалось, что путешествие разгонит его тоску, было скучно и одиноко. «Нервы жестоко страдали», и он не мог разделить веселости «добрых ребят», своих спутников. Сердце его могло «ожить» только в Петербурге, и вскоре для Каролины Колковской он сочинил романс «Всегда везде со мною ты».
Через Порхов, Прыскуху и Смоленск 6 мая путники прибыли в Новоспасское. Вновь пустились в путь через неделю и 16 мая оказались уже в Новгороде-Северском, старинном украинском уездном городке. Тут, в сущности, и началась деятельность Глинки и «его команды», только не нашлось там ни одного порядочного голоса!
Древний Чернигов на реке Десне («38 улиц, 4 площади» в нарядном, бело-розовом цветении вишневых деревьев и яблонь) встретил их при ясном небе благовестом с колоколен собора и двадцати шести приходских церквей. Печаль Глинки еще не рассеялась, и прелесть Украины душой он постиг не сразу, утверждая, что хороша она, прежде всего, для тех, кто не побывал в Италии.