Статьи

Свежие новости

Онлайн казино Вулкан - рай для ..
Привычные любителям азартных игр оффлайн заведения постепенно становятся символом уходящего прошлого ...

Тайский массаж - основные прин ..
Как бы не странно это звучало, но тайский массаж зародился в Индии, а вовсе не в Таиланде.

Детский клуб "Дирижабль"
Команда детского клуба "Дирижабль" уверена - для полноценного развития детей отдых необходим им не м ...

хостинг от .masterhost

Андрей Петров


Петров Андрей Павлович – классический композитор русского музыкального искусства. Он – известный деятель интеллигенции Санкт-Петербурга. Музыка, написанная Андреем столь разнообразна, что частенько создается впечатление, будто ее написали несколько человек.

История школы


Старейшим музыкальным учебным заведением Санкт-Петербурга является известная детская музыкальная школа имени Андрея Петрова. Открытие этого заведения датировано далеким 1925 годом. В то время это была простая детская музыкальная студия

       Категория  Малер » Восьмая симфония

Восьмая симфония МалераВ том, что касалось обозначений, используемых им в своих партитурах, Малер был педантичен и продумывал все до мельчайших деталей. Он очень точно обозначал динамические оттенки и характер исполнения. Чрезвычайно низкий басовый пассаж, который был важен для того, чтобы подчеркнуть соотношение красок в оркестровке, мог, к примеру, сопровождаться у него таким замечанием: «Ни в коем случае нельзя исполнять этот пассаж на октаву выше, чем написано»; или же композитор мог потребовать от солиста вступать «почти неслышно». Разумеется, он всегда точно указывал, когда музыкантам, играющим на духовых, следует поднимать раструбы инструментов. «Раструбы вверх!» — писал он, таким образом подчеркивая важность звука или фразы, требовавших от слушателей сосредоточенности как слухового, так и зрительного внимания. Скрупулезность Малера свидетельствовала о том, насколько долгий путь развития прошла музыка от эпохи барокко, когда композиторы не всегда даже обозначали в партитурах, для какого инструмента предназначена та или иная партия.
Во время летних каникул 1906 года Малеру необходимо было дать себе отдых и полностью восстановить силы. По крайней мере, он твердо решил сделать именно так. Все еще мучимый страхом творческого бессилия, он был тем не менее полон решимости не допустить, чтобы этот страх стал преследовать его постоянно, подобно навязчивой идее. А потому он намеревался просто пользоваться свободным временем и как бы накапливать энергию до тех пор, пока не настанет нужный час. Эта замечательная философия, как оказалось, дала свои плоды раньше, чем можно было представить. В первый же день отпуска он отправился ранним утром на традиционную прогулку к своему домику:
На пороге моего старого рабочего домика мною завладел «животворящий дух» (Spiritus Creator), и он потряс меня, и погонял меня в течение следующих восьми недель, пока самое крупное мое произведение не было готово.
Итак, всего восемь недель потребовалось на то, чтобы продумать план и воплотить замысел монументальной Восьмой симфонии. Трудно было бы представить более красноречивое свидетельство действия тех мистических сил, которые, казалось, водили рукой Малера, побуждая его к творчеству при каждом новом повороте жизни. Его Симфония тысячи участников (обретшая популярность под этим, хотя и не Малером придуманным, именем), названная так потому, что в ней использованы огромные хоровые массы и значительный инструментальный коллектив, и созданная почти за три года до «Морской симфонии» («Sea Symphony») Воана-Уильямса, была первой симфонией, полностью написанной для хора. По существу можно было бы сказать, что она представляет собой выражение гуманистических устремлений Малера-, она проникнута его верой в силу духовного просвещения, приверженного величайшим христианским идеалам добра и любви и способного положить конец страданиям человечества, всему тому, что противоречит правде и справедливости и повергает человека в бездну отчаяния.
Малер решил, что его произведение будет состоять из двух дополняющих друг друга частей: симфоническая музыка первой части с ее напряженным ритмическим строем включала слова древнего гимна «Приди, о дух животворящий» («Veni Creator Spiritus»); вторая часть была написана в оперном стиле на текст заключительной сцены «Фауста» Гёте. В мощном призыве, с которого начинается симфония, с первых же тактов можно ощутить внезапный порыв и силу вдохновения, охватившего Малера: за ми-бемоль-мажорным аккордом, сыгранным фортиссимо органом, деревянными духовыми и низкими струнными, льется поток хорового пения; главная музыкальная идея произведения заключена в первых словах гимна. Музыке первой части присуща удивительная энергия, в ней чувствуется непреодолимая сила и монументальность: подобно гигантской арке, она словно представляет собой только отдельную фразу большой протяженности, которая, неудержимо нарастая, возносится в экстазе к своему апофеозу.
Вторая часть, о которой можно было бы сказать, что в ней соединяются черты Адажио, Скерцо и Финала, вводит нас в более романтический, рапсодийный мир. «Материальность» музыкальной ткани, яркий мистический свет и таинственные густые тени делают более близким и понятным привычный для Малера мир, в котором он чувствовал себя абсолютно свободным и уверенным. Оркестровое изложение здесь является образцом прозрачной ясности и тонкости нюансировки, на что, с первого взгляда, совершенно невозможно было бы рассчитывать, учитывая значительный состав исполнителей: очень большой оркестр (четверной состав духовых, восемь валторн и такие дополнительно введенные в оркестр нетрадиционные инструменты, как мандолина и фисгармония), дополнительная группа медных духовых, помещенная отдельно от оркестра, восемь солистов, два смешанных хора (как можно больших размеров), хор мальчиков и орган. На самом деле Малер редко использует всю громадную силу мощного исполнительского состава ради самой этой силы. Скорее, он исследует целый ряд сочетаний, в которых звучание музыкальных инструментов образует некое единство с хоровым пением, чтобы добиться камерной прозрачности в оркестровом изложении и как можно полнее осуществить свое стремление к идеальному балансу звучания в исполнении солистов, хора и оркестра.
Легко понять, чем именно привлек Малера текст Гёте, который был использован композитором во второй части его симфонии. Другие писатели, обращаясь к легенде о Фаусте в своих драматических произведениях, старались лишь осудить ее главного героя на вечные муки. Гуманист Гёте, напротив, предпочел рассматривать его как символ человечества, которое бьется в поисках истины, как символ ищущего правды человека, — человека, который стремится к просвещению и, может быть, терпит неудачу вследствие заблуждения и безрассудства, но которому — несмотря ни на что — все же удается в конечном итоге искупить грехи.

Виски Бушмилс в Москве