Статьи

Свежие новости

Онлайн казино Вулкан - рай для ..
Привычные любителям азартных игр оффлайн заведения постепенно становятся символом уходящего прошлого ...

Тайский массаж - основные прин ..
Как бы не странно это звучало, но тайский массаж зародился в Индии, а вовсе не в Таиланде.

Детский клуб "Дирижабль"
Команда детского клуба "Дирижабль" уверена - для полноценного развития детей отдых необходим им не м ...

хостинг от .masterhost

Андрей Петров


Петров Андрей Павлович – классический композитор русского музыкального искусства. Он – известный деятель интеллигенции Санкт-Петербурга. Музыка, написанная Андреем столь разнообразна, что частенько создается впечатление, будто ее написали несколько человек.

История школы


Старейшим музыкальным учебным заведением Санкт-Петербурга является известная детская музыкальная школа имени Андрея Петрова. Открытие этого заведения датировано далеким 1925 годом. В то время это была простая детская музыкальная студия

       Категория  Паганини » Юность Паганини

Юность Паганини Неизвестно, насколько оправдались надежды на этот концерт — возможно, не единственный такого рода — в материальном плане, но в сентябре 1795 года отец и сын покидают Геную. Не исключено, что их сопровождал Ди Негро — по крайней мере, на начальном отрезке пути. По прибытии в Парму Антонио и Никколо явились с рекомендательными письмами в дом профессора Роллы, который в это время лежал больной в постели. Его жена попросила их подождать в приемной, где им сразу попалась на глаза скрипка, лежавшая на столе рядом с нотами только что законченного концерта Роллы (по всей вероятности, так и оставшегося в рукописи). «По кивку отца,— рассказывал Паганини Шоттки,— я взял скрипку и сыграл все сочинение с листа». Эта хорошо известная история содержит, по меньшей мере, два зерна правды: предприимчивость Антонио и невероятный талант юного Никколо. По словам последнего, Ролла поначалу не поверил, что подросток может так играть, но, убедившись в этом, заявил: «Я тоже не смогу ничему вас научить. (Вероятно, к этому времени он уже прочел письмо Косты.) Ради Бога, ступайте к Паэру! Здесь вы только напрасно потеряете время».
Отец и сын — очевидно, несколько обескураженные — поплелись к Фердинандо Паэру, прославленному оперному композитору и директору Пармской консерватории. Паэр сразу оценил незаурядное дарование Паганини, но непосредственное руководство занятиями передал своему учителю Гаспаро Гиретти (Джиретти). Позднее он вспомнил о Никколо, и в течение нескольких месяцев они на пару занимались сочинением музыки. Отъезд Паэра в Вену для работы там в Итальянской опере Паганини комментирует следующим образом: «Мы расстались надолго. Но впоследствии я еще не раз охотно откликался на его предложения о сотрудничестве и счастлив называть себя его благодарным учеником». Такой лестный отзыв в устах человека, не отличавшегося щедростью на похвалы своим коллегам, дает основания считать, что на педагогической ниве Паэр преуспел больше, чем на композиторской, ибо с появлением на оперной сцене произведений Россини его работы навеки канули в лету. Известно также, что Паэр был довольно беспринципным человеком, принявшим покровительство Наполеона (спустя год после прибытия в Парму Паганини город был захвачен французами) и сочинившим свадебный марш по случаю его бракосочетания с Жозефиной в 1810 году; впоследствии он стал убежденным роялистом и в 1832 году был назначен на должность директора Королевской камерной музыки. Его недолюбливали другие профессиональные музыканты, считая своекорыстным и завистливым. Тот факт, что Никколо хорошо с ним сошелся, высвечивает характер нашего героя не с самой лучшей стороны. В то же время нельзя отрицать, что опыт Паэра в области музыки для театра оказал на Паганини глубокое влияние и нашел свое отражение в подлинном драматизме многих из его поздних сочинений.
Не меньшее впечатление произвело на юного Паганини и знакомство с несколько экстравагантным опусом для скрипки соло Пьетро Локателли Искусство новой модуляции с подзаголовком Загадочные каприччио, изданным еще в середине XVIII века, но обойденным вниманием — если они вообще знали о его существовании — приверженцев классического стиля. По словам Никколо, он не слышал об этом произведении до тех пор, пока оно случайно не попало к нему в руки, и если это действительно так, то нетрудно представить, как взбудоражило его это открытие: ведь каприччио Локателли содержали все те эффекты, с которыми он сам экспериментировал, пытаясь выразить их на бумаге посредством традиционной нотной записи.
Позднее мы еще обсудим вопрос о том, были ли эти технические новшества, нередко удостаивавшиеся самых пренебрежительных эпитетов, единственными ступенями той лестницы, по которой Паганини поднялся к вершинам славы и которая является важнейшим критерием оценки его репутации как исполнителя-композитора. Пока же достаточно отметить, что уже в 14—15-летнем возрасте он был не расположен к рабскому следованию классическим образцам, даже если их проповедовали такие уважаемые профессора, как Паэр, ибо музыкальная сторона его естества тосковала по принципиально иному стилю. Если отец привез его из Генуи в Парму в расчете на то, что полученное им здесь образование заставит мальчика устремиться по священным стопам мастеров-классиков, то ему, вероятно, пришлось испытать горькое разочарование: в этот открытый для всего нового период своей музыкальной карьеры Никколо окончательно решает пойти качественно иным путем.
Совместная поездка в Парму, похоже, не привела к долгожданному сближению отца и сына. Позднее Никколо говорил Шоттки, что «исключительная строгость» отца угнетала его больше, чем когда-либо прежде. «Как мне хотелось сбежать от него, чтобы путешествовать в одиночку! — продолжал он.— Но мой суровый ментор не отходил от меня ни на шаг и объехал вместе со мной большую часть городов Северной Италии ... где я давал концерты и вызывал всеобщее восхищение». Вторая половина этого высказывания представляется нам малоправдоподобной, ибо в 1796 году Северная Италия была оккупирована французами, и Антонио, скорее всего, предпочел бы вернуться к семье, чем предпринимать длительное турне через театр военных действий вместе с юным сыном. В скором времени и Генуя стала не слишком безопасным местом из-за начавшегося в ней революционного брожения, и семейство Паганини было вынуждено перебраться в свое сельское имение в Рамайроне, где, как признавался тридцать лет спустя Никколо, он всецело отдался земледелию, а в свободное время бренчал на гитаре. В этой укромной и приветливой долине семья имела небольшой земельный участок, и можно не сомневаться, что мальчики охотно помогали взрослым выращивать овощи и фрукты, тем более что из-за блокады портов британскими военными судами ощущалась острая нехватка в продуктах питания. Тем не менее есть основания предполагать, что на рубеже веков Анто-нио смог возобновить свою торговую деятельность, так как он с сыном долгое время жил в Ливорно, вдали от семьи, где мальчик давал случайные концерты и продолжал свои эксперименты в области композиции.
После всех надежд, связанных с Пармой, и первых блестящих успехов юного вундеркинда такое времяпрепровождение может произвести впечатление сравнительно бесцельного, однако не следует забывать о смятении и беспорядке, произведенных в этой части страны войной. Французская армия, которая в 1796 году вместе с генералом Бонапартом прошла вдоль побережья из Ниццы в Геную, сильно отличалась от той, с которой он, став уже первым консулом, четыре года спустя разбил австрийцев при Маренго.

Настоящий бурбон цена