Статьи

Свежие новости

Онлайн казино Вулкан - рай для ..
Привычные любителям азартных игр оффлайн заведения постепенно становятся символом уходящего прошлого ...

Тайский массаж - основные прин ..
Как бы не странно это звучало, но тайский массаж зародился в Индии, а вовсе не в Таиланде.

Детский клуб "Дирижабль"
Команда детского клуба "Дирижабль" уверена - для полноценного развития детей отдых необходим им не м ...

хостинг от .masterhost

Андрей Петров


Петров Андрей Павлович – классический композитор русского музыкального искусства. Он – известный деятель интеллигенции Санкт-Петербурга. Музыка, написанная Андреем столь разнообразна, что частенько создается впечатление, будто ее написали несколько человек.

История школы


Старейшим музыкальным учебным заведением Санкт-Петербурга является известная детская музыкальная школа имени Андрея Петрова. Открытие этого заведения датировано далеким 1925 годом. В то время это была простая детская музыкальная студия

       Категория  Паганини » Миф о Паганини

Миф о ПаганиниРазговоры о его темном прошлом, в особенности утверждения о тюремном заключении за убийство, органично вплелись в легенду о колоссальной психической мощи. При этом часто ссылались на историю, распространенную в Италии в период его миланского дебюта, о том, что Паганини шлифовал свой талант, отбывая длительный срок в тюрьме за убийство своей любовницы (в некоторых вариантах в качестве жертвы назывался ее муж). Впервые услышав эту историю, Никколо рассмеялся. В то время он, кажется, был даже польщен таким вниманием к своей персоне, создававшим ему дополнительную рекламу. Но уже позже, в Риме, он был потрясен и разгневан, увидев ее напечатанной в книге Стендаля (Анри Бейля) Жизнь Россини, книге, которую нельзя назвать ни правдивой, ни честной даже по отношению к главному персонажу. Во время европейских гастролей эта история с неизменным постоянством вновь всплывала и в Вене, и в Париже, и в Лондоне, и во многих других городах; она преследовала его по пятам. Ему уже было не до шуток. Если раньше он довольствовался ролью независимого виртуоза, то теперь его успех зависел от поддержки коронованных особ, аристократии и прочих высокопоставленных покровителей, и нелепые слухи о тюремном прошлом были совсем некстати. Более того, некоторые газеты, особенно парижские, сознательно раздували эту историю, желая таким образом уберечь свой артистический мир от итальянского «вторжения»; Паганини выставляли как серьезную угрозу «чистоте» скрипичной игры, присущей французской школе.
Все это настолько его обеспокоило, что он попросил Фетиса написать письмо, опубликованное за подписью Паганини в газете Ревю Мюзикалъ и датированное 21-м апреля 1831 года. Оно было предано широкой огласке и считается наиболее исчерпывающим ответом на газетные сплетни о его пребывании в тюрьме.
«Ваше превосходительство! Французская публика обрушила на меня столько доказательств своего радушия и воздала мне столь воодушевляющие почести, что я не могу не верить в то, что мое имя, как утверждают, прославилось в Париже еще до моего приезда, и прием, оказанный мне на концертах, служит подтверждением моего доброго имени. И даже если бы в моей душе имелось на этот счет хоть малейшее сомнение, оно быстро бы рассеялось при виде проявленной Вашими художниками готовности запечатлеть меня на холсте и огромного количества портретов Паганини — не всегда сходных с оригиналом — на стенах Вашего города; но, Ваше превосходительство, дело не ограничивается обычными портретами, ибо не далее как вчера, прогуливаясь по бульвару Итальянцев, я увидел в магазине гравюр и эстампов литографию, изображающую Паганини в тюрьме. «О! — воскликнул я,— есть еще честные люди, которые вслед за Базилем извлекают выгоду из наветов, преследующих меня последние пятнадцать лет».
Тем не менее ради шутки я стал внимательно разглядывать эту мистификацию, изобилующую деталями, которые может породить только живое воображение художника, и вдруг заметил вокруг себя большое скопление людей, каждый из которых, сравнивая мое лицо с изображением молодого человека на литографии, убеждался в перемене, произошедшей со мной со времени ареста. Еще я заметил, что люди, которых Вы бы, без сомнения, назвали чернью, принимают все на полном серьезе и что мистификация оказалась удачной. И тогда я понял, что, поскольку художникам ведь тоже надо как-то жить, я мог бы снабжать их анекдотами, из коих они могли бы почерпнуть немало веселых сюжетов, сходных с рассматриваемым. Именно затем, чтобы предать эти анекдоты огласке, я и прошу Вас не отказать мне в любезности и опубликовать это письмо в «Ревю Мюзикаль».
Они изобразили меня сидящим в тюрьме, проигнорировав причину моего заключения под стражу; тем не менее те, кто состряпал этот анекдот, осведомлены о моих поступках не меньше, чем я сам. Можно выдумать еще великое множество подобных историй, которые могут дать столь же обильную пищу для их карандашей; утверждают, в частности, будто я, обнаружив соперника в спальне моей любовницы, благородно ударил его ножом в спину в тот момент, когда он был не в состоянии защищаться. Другие заявляют, что в припадке ревности я убил любовницу, но не говорят, каким образом я осуществил свой кровожадный замысел. Кто-то считает, что я использовал кинжал, а кто-то — что, желая насладиться зрелищем ее агонии, я отравил ее ядом. Каждый выбирает способ убийства по своему вкусу. Почему бы и литографистам не иметь такую же привилегию? Я приведу случай, произошедший со мной в Падуе около пятнадцати лет тому назад. Я отыграл концерт с огромным успехом. На следующий день во время табльдота (там было человек шестьдесят) никто не заметил, как я вошел в комнату. Один из гостей рассказывал об огромном впечатлении, произведенном мною прошлым вечером. Его сосед согласился со всем сказанным и добавил: «Ничего удивительного, что Паганини так играет — он отточил свой талант, восемь лет просидев в темнице, и только скрипка скрашивала ему суровость его заключения. Его осудили за то, что он трусливо зарезал одного моего приятеля, оказавшегося его соперником». Как Вы можете представить, все были потрясены гнусностью моего преступления. Тогда я обратился к человеку, так хорошо осведомленному о моем прошлом, и спросил его, когда и где мой поступок имел место.
Все взоры тотчас устремились на меня. Судите сами об удивлении, охватившем людей при виде главного действующего лица этой трагической истории! Рассказчик был сконфужен. Оказалось, что убили вовсе не его друга. Он услышал, получил подтверждение и поверил; но он вполне допускает, что его обманули. Вот так портят репутацию артисту, ибо праздные люди не могут смириться с мыслью, что на свободе можно чему-то научиться не хуже, чем сидя взаперти.
Меня длительное время огорчали подобные сообщения, и я искал любой возможности для доказательства их абсурдности. Я отмечал, что с четырнадцати лет непрерывно давал концерты и, следовательно, постоянно находился на глазах у публики; что в Лукке я был назначен руководителем придворного оркестра и музыкальным директором; что если бы я на самом деле провел восемь лет в тюрьме за убийство любовницы или соперника, это должно было бы произойти до моего первого появления на публике; следовательно, я должен был обзавестись любовницей или соперником в семилетнем возрасте. В Вене я обратился к послу моей страны, объявившему во всеуслышание, что он знает меня вот уже двадцать лет как честного человека, и мне удалось временно прекратить газетные сплетни; но всегда остаются отголоски, и я не удивлен, обнаружив некоторые из них здесь. Как же я должен поступить, Ваше превосходительство? Я не вижу другого выхода, кроме опровержения, или же я должен отступить перед злонамеренными выпадами, наносящими мне ущерб. Тем не менее перед тем как закончить, почту своим долгом пересказать Вам анекдот, положивший начало оскорбительным сообщениям, распространяемым обо мне. Скрипач по фамилии Дурановский, побывавший в Милане в 1798 году, связался с двумя особами сомнительной репутации, склонившими его сопровождать их до деревни, где они замыслили убить священника, считавшегося большим богачом. К счастью, в момент исполнения ужасающего деяния сердце одного из них дрогнуло, и он немедля выдал своих сообщников.

Сейчас для Вас гофрокартон купить в москве.