Статьи

Свежие новости

Онлайн казино Вулкан - рай для ..
Привычные любителям азартных игр оффлайн заведения постепенно становятся символом уходящего прошлого ...

Тайский массаж - основные прин ..
Как бы не странно это звучало, но тайский массаж зародился в Индии, а вовсе не в Таиланде.

Детский клуб "Дирижабль"
Команда детского клуба "Дирижабль" уверена - для полноценного развития детей отдых необходим им не м ...

хостинг от .masterhost

Андрей Петров


Петров Андрей Павлович – классический композитор русского музыкального искусства. Он – известный деятель интеллигенции Санкт-Петербурга. Музыка, написанная Андреем столь разнообразна, что частенько создается впечатление, будто ее написали несколько человек.

История школы


Старейшим музыкальным учебным заведением Санкт-Петербурга является известная детская музыкальная школа имени Андрея Петрова. Открытие этого заведения датировано далеким 1925 годом. В то время это была простая детская музыкальная студия

       Категория  Рахманинов » Звукозапись

Звукозапись РахманиноваЛюбопытно, что при всей своей известности Рахманинов тогда еще не делал граммофонных записей. Томас Эдисон, чья система звукозаписи, пожалуй, превосходила по качеству продукцию всех его конкурентов, предложил Рахманинову записать пять двусторонних пластинок. И вот 18—23 апреля состоялась первая запись Рахманинова, включавшая Вальс ля-бемоль, опус 42, Шопена, тему и вариации из Сонаты ля мажор Моцарта, К 331. Первый опыт оказался неудачным, поскольку фортепиано (вернее, просто пианино) находилось слишком далеко от рупора, и сам Эдисон признал, что пианино было не идеальным инструментом «для такого яркого музыканта».
Наиболее значительной записью из этой серии было исполнение второй Венгерской рапсодии Листа — запись длилась десять с половиной минут на трех сторонах пластинок. Там прозвучала и изумительная каденция (Рахманинов сочинил ее уже давно, но не записывал на бумагу и впервые исполнил на благотворительном концерте в Бостоне 10 января 1919 года). Жаль, что неопытность Эдисона в записи звучания фортепиано испортила эту очень интересную пластинку, ведь хотя сам Рахманинов не был учеником Листа, но его кузен Зилоти — был (и даже в 1913 году опубликовал на немецком языке книгу о своем учителе), и исполнение Рахманинова имело особое значение.
Тогда же он впервые записал Прелюдию до-диез минор и Польку В. Р., а также свою Баркаролу соль минор из опуса 10, Сонату Скарлатти в переложении Таузига и «другой» вальс ля-бемоль Шопена, № 3 из опуса 64. Было сделано по три записи каждой из сторон, но Эдисон выпустил в свет не тот вариант, который одобрил Рахманинов. Несмотря на все злоключения, записи были быстро растиражированы и раскупались очень хорошо, показывая тем самым фирмам звукозаписи, что иметь дело с Рахманиновым коммерчески выгодно. Договоренность композитора с Эдисоном была устной, и Рахманинов решил поставить ее на более деловую основу. Он попросил выслать проект контракта, выдвинув при этом достаточно разумные условия, но в полученном проекте они не были учтены. Рахманинов не мог с этим согласиться и вернул контракт Эдисону для доработки.
Компания Ампико Чарлза Фуллера Стоддарда также обратилась к Рахманинову, и его музыка впервые (если не считать неудачных довоенных записей в Германии) была записана на валики. Он записал Польку В. Р. и свою аранжировку Звездного знамени (ни разу не записанную на пластинки) в 1919 году, а на следующий год добавил к ним Прелюдию соль минор и одну или две небольшие пьесы. Рахманинов записывался у Ампико в течение десяти лет, до 1929 года. Из тридцати пяти валиков, подготовленных для фирмы, лишь шесть он не продублировал потом на граммофонных пластинках.
Тогда существовали три главные системы записи на валики —Ампико, Дуо-Арт и Вельте-Миньон. Из них, по общему мнению, лучшей, самой чувствительной и тонкой была Ампико. Многие исполнители, включая Левина, записывались у Ампико, но некоторые, и среди них Александр Зилоти и Прокофьев, предпочитали Дуо-Арт. Слова Эдисона о нервозности Рахманинова при записи — так и не изжитой им до конца — похоже, подтвердились и в случае с валиками Ампико. Лучшие из них — например, его поздние переложения пьес Крейслера — великолепны по любым стандартам, но некоторые не до конца убедительны, несмотря на то что самому Рахманинову они очень нравились.
Возможно, Рахманинов находился в тот день не в форме или не очень хорошо был знаком с системой записи, а может быть, всему виной плохо восстановленное звучание инструментов,— но валик с самым важным произведением, которое он никогда не записывал на пластинки, Вторым скерцо Шопена, звучит в наши дни довольно странно, и трудно поверить, что замысел Рахманинова был именно таким.
Время от времени предпринимались попытки восстановить те или иные валики с записями Рахманинова, но лишь в марте 1978 года в Лондоне компания Деккарекорд переписала в самых лучших из возможных технических условиях все рахманиновские валики Ампико и выпустила их на трех долгоиграющих пластинках со своим фирменным знаком — птицей и лирой. Любопытная демонстрация возможностей системы Ампико состоялась 3 февраля 1920 года. Леопольд Годовский, Миша Левицкий, Бенно Моисеевич, Лео Орнштейн и Артур Рубинштейн выступили на совместном концерте в Нью-Йорке, во время которого перед пианистом задергивали занавес, и вместо живой игры звучала запись Ампико. Никто не мог отличить одно от другого, и систему высоко оценили лучшие музыканты всего мира. Рахманинов не присутствовал на этом концерте, поскольку находился тогда в Филадельфии, где Леопольд Стоковский впервые в Америке исполнил Колокола.
Сезон 1919/20 года открылся 20 октября. Рахманинов редко включал в программу собственные произведения, за исключением двух или трех, однако при вызове на бис почти всегда исполнял свои короткие популярные пьесы, неизменно заканчивая Прелюдией до-диез минор. Хотя он уступил авторские права на пьесу Гутхеилю еще тридцать лет назад (теперь они перешли к Кусевицкому), за ее записи ему причитались существенные суммы. Раньше в своих выступлениях композитор исполнял лишь три своих Концерта, но наступивший сезон был для Рахманинова более важным, чем предыдущий, и он сумел расширить концертный репертуар. В целом отдых в Палоальто пошел на пользу, хотя вся семья, конечно, безумно тосковала по России.
Компания Виктор уже имела в своем активе записи многих выдающихся музыкантов, в том числе Стоковско-го и Филадельфийского оркестра, Фрица Крейслера и Пабло Казальса. Теперь она стремилась записать Рахманинова. Эдисон слишком медлил с ответом, и Рахманинов отказался от его услуг: 21 апреля композитор подписал контракт с компанией Виктор.
Несколькими неделями ранее Крейслер и Джон Мак-Кормак, с Эдвином Шнейдером за фортепиано, записали романс Рахманинова Ночь печальна со скрипкой облигато. Рахманинову очень понравилось прекрасное исполнение Мак-Кормака, и после окончания сезона, 3 июля, композитор аранжировал для него русскую народную песню Лучинушка. Он также гармонизировал другую русскую песню, Яблонька, для сборника (под редакцией американского музыковеда Альфреда Дж Суона), опубликованного издательством Инок и компания в 1921 году под названием Песни из многих стран. Этой первой встрече композитора с Дж Суоном суждено было позже перерасти в близкую дружбу.