Статьи

Свежие новости

Онлайн казино Вулкан - рай для ..
Привычные любителям азартных игр оффлайн заведения постепенно становятся символом уходящего прошлого ...

Тайский массаж - основные прин ..
Как бы не странно это звучало, но тайский массаж зародился в Индии, а вовсе не в Таиланде.

Детский клуб "Дирижабль"
Команда детского клуба "Дирижабль" уверена - для полноценного развития детей отдых необходим им не м ...

хостинг от .masterhost

Андрей Петров


Петров Андрей Павлович – классический композитор русского музыкального искусства. Он – известный деятель интеллигенции Санкт-Петербурга. Музыка, написанная Андреем столь разнообразна, что частенько создается впечатление, будто ее написали несколько человек.

История школы


Старейшим музыкальным учебным заведением Санкт-Петербурга является известная детская музыкальная школа имени Андрея Петрова. Открытие этого заведения датировано далеким 1925 годом. В то время это была простая детская музыкальная студия

       Категория  Творчество Шопена » Эстетика Шопена

Эстетика ШопенаУстановив в творчестве Шопена, на высших точках подъема его, гармоническое согласие или завершенность при неусыпно напряженном и явно ощущаемом токе эмоций, я должен попытаться хоть в самой малой мере найти доступ к эстетике Шопена, чтобы выяснить, на каком идеологическом фундаменте возводилось классически стройное здание его творчества и — обратно — под воздействием каких душевных импульсов возникали попытки осознания своих собственных стремлений.

Шопен был замкнутый человек, не раскрывавшийся ни перед кем и никого не допускавший заглянуть в недра души своей. Видимая его жизнь не богата событиями, а переживаний своих он в словах почти не высказывал. Он был всегда сдержан, корректен, не допускал ничего экстравагантного, дисциплинировал себя во всех проявлениях и вовсе не склонен был к каким бы то ни было жалобам, нытью и сентиментальному самообожанию. Он любил быть на людях, но в тесном кругу друзей. Для них он импровизировал и в веселые минуты потешал их своим выдающимся дарованием артиста-имитатора, способностью перевоплощаться в то или иное лицо. С молодежью он затевал шарады, игры и пантомимы, сопровождая и иллюстрируя их тут же изобретаемой музыкой. А ночью, оставаясь наедине со своими думами и в борьбе с медленно, но верно подтачивающим его недугом, он тяжко страдал и мучился, дожидаясь дня, а с ним и забвения страданий в череде уроков, в неустанно волновавшем его душу творчестве и в общении с небольшим кругом друзей. Вечером же Шопен всегда был желанным гостем в салонах польской и французской аристократии. Так шла его жизнь в размеренном порядке почти с первых месяцев пребывания его в Париже до конца, до смерти, то есть от декабря 1831 года до октября 1849 года.

Стиль музыки Шопена — изысканно-выдержанный, в котором все до мельчайших деталей обдумано и взвешено под углом зрения безупречно строгого вкуса; классически завершенный и сковывающий порывы эмоции законченной ясностью выражения замыслов и органичностью каждого интонационного момента, ибо решительно нигде нельзя встретить (в выдающихся и даже в сравнительно бледных сочинениях Шопена) таких ответвлений рисунка, о которых бы можно было сказать, что в них вкралось что-то не от Шопена, что-то осталось непреодоленным. И если на первую антиномию в процессе творческой эволюции композитора я указал в момент устремления его к композициям концертно-эстрадного характера, то вторая и важнейшая антиномия заключена между напряженно ищущей высвобождения в музыке эмоциональной стихией и между классически оформляющей непосредственные данные сознания и дисциплинирующей материал волей художника.

Эту последнюю антиномию Шопен, вероятно, не легко преодолевал в мучительном процессе созревания сочинения, долгим и длительным путем приходя к окончательной редакции произведения, зерно которого обычно легко давалось в моменты импровизации. Относительно этого встречаем любопытную запись в дневнике обожавшего Шопена художника Делакруа: «...импровизации Шопена были значительно смелее его законченных произведений. В этом можно видеть то же соотношение, как между эскизом и завершенной картиной. Нет, не портят картину, оканчивая ее! Быть может, воображению представляется меньше размаха в произведении законченном, чем в наброске. Испытывают различные впечатления перед зданием, которое возводится и детали которого еще не намечены окончательно, и перед тем же самым зданием, когда оно получило во всех подробностях законченный вид.

То же самое и с развалинами, которые приобретают устрашающий вид за недостатком некоторых частей Детали в них исчезли или извращены: так же как в строении, когда оно воздвигается, можно различить только первоначальные намерения и неопределенное указание на резную работу и части, служащие украшением. Здание оконченное включает воображение в замкнутое пространство и запрещает ему выходить за пределы этого. Возможно, что набросок произведения нравится иным потому, что каждый представляет себе по-своему его оконченным. Артисты, наделенные чувством ясного отличия, созерцая и любуясь прекрасным произведением, критикуют его не только за недостатки, ему на самом деле свойственные, но и вследствие различия, которое возникает между их собственным чувством и данным произведением. Когда Корреджо сказал знаменитую фразу: «И я тоже живописец», он хотел этим выразить: «Вот прекрасное произведение, но я вложил бы в него нечто, чего в нем нет». Артист не портит картины, завершая ее; только закрывая дверь истолкованиям, отказываясь от неопределенности эскиза, он выказывает свой собственный лик, раскрывая таким образом все возможности, но вместе с тем и пределы своего дарования».

И там же еще: «О наброске и о завершенном виде произведения (sur le fini). Импровизации Шопена смелее его законченных вещей; не портят, конечно, если только это делают великие артисты».